Наказанная жадность

Наказанная жадность

Наказанная жадность

Бурятская народная сказка

Однажды весною батрак рубил в лесу дрова. Вдруг со стороны восхода солнца прилетела кукушка, уселась на дереве и прокуковала:
— На восточной стороне есть высокая гора, на её вершине лежит кусок золота с голову большого быка.
С юга прилетела вторая кукушка, примостилась на том же дереве и прокуковала:
— На южной стороне болеет жена одного бедняка. Под её домом свил гнездо чёрный жук, ростом с двухгодовалого бычка, и сосёт кровь женщины. Если убить и сжечь этого жука, жена бедняка выздоровеет.
С запада прилетела третья кукушка и пропела, что далеко на западе случилась страшная беда: высох источник воды — деревья высохли, выгорели травы, люди и животные изнывают от жажды. Источник, питавший влагой поля и степи, завален чёрным тяжёлым камнем. Если сдвинуть камень, из-под него вырвется на волю вода и люди будут спасены.
Кукушки вспорхнули и улетели. Батрак подумал, заткнул топор за кушак и пошёл в ту сторону, откуда всходит солнце.
Много ли, мало ли он прошёл, добрался, наконец, до высокой горы, поднялся на вершину и нашёл там кусок золота с голову большого быка. Взял батрак золото, отнёс на перекрёсток трёх дорог и закопал в землю. А сам пошёл на запад, туда, где люди томились от жажды. Зашёл в одну юрту и попросил напиться.
— Мы сами чуть живы от жажды, — ответили ему старик со старухой. — Сейчас нет ничего дороже глотка воды.
— Соберите мне сотню людей, приведите сотню быков, дайте сотню лопат — и у вас будет вода, — сказал батрак.
Жители улуса сделали всё, как он велел. Батрак привёл их к источнику, и они вместе принялись выкапывать чёрный камень — кто лопатой, кто топором, а кто и руками. Впрягли быков и сдвинули с места камень. И сейчас же забурлил родник, зажурчала прохладная чистая вода. Люди обрадовались, бросились к воде, стали черпать её вёдрами, бочками, руками. Затем пригнали скот и напоили его досыта. Все радовались, благодарили батрака. А когда узнали, что он направляется в сторону юга, то всем улусом пошли провожать.
Шёл, шёл батрак, и, наконец, показалась южная сторона. Батрак разузнал, где живёт больная женщина, о которой поведала кукушка, и назвался знаменитым лекарем. Муж больной женщины, узнав о нём, пришёл со слезами на глазах:
— Спаси мою жену, — попросил он батрака, — вылечи её…
Утром батрак собрал соседей, выгнал из-под дома чёрного жука, ростом с двухгодовалого бычка, убил его и сжёг. И свершилось чудо: к женщине тут же возвратилось здоровье.
Попрощавшись с жителями улуса, батрак выкопал золото, которое он раньше зарыл на перекрёстке трёх дорог, и отправился домой. Дома он расплатился с богачом, у которого всегда был в долгу, и зажил безбедно. Скоро он построил себе большой дом рядом с домом богача. Жадный богач не вытерпел и захотел узнать: как батрак разбогател.
А батрак надумал наказать своего бывшего хозяина за жадность и сказал, что однажды, когда он спал на берегу, из воды вышли трое людей и рассказали ему, где зарыт клад.
Вечером богач забрался под опрокинутую лодку у реки, притаился и стал ждать, чтобы ему принесли золото. В полночь к лодке пришли три разбойника и стали говорить, что кто-то унёс их золото, припрятанное на вершине высокой горы.
— Узнать бы, кто взял наше золото, — сказал один разбойник, — я бы его…
В это время жадный богач под лодкой неожиданно чихнул.
Услышали разбойники, что рядом кто-то есть, заглянули под лодку, а там богач сидит. Вытащили его и стали бить: подумали, что это он украл их золото. Били, били, а потом бросили в реку.
Так был наказан богач за свою жадность.

Другие сказки

Бурятские сказки на букву Т

Трава и мошка

Другие сказки

Трава и мошка

Трава и мошка

Трава и мошка

Бурятская народная сказка

Выглянуло весеннее солнце, пригрело землю. Растаял снег, выросла трава. Села мошка на вершинку стебелька, греется на солнышке и песни поёт.
Подул сильный ветер, прижал траву к земле. Мошка в страхе уцепилась лапками за стебель, дрожит, вот-вот оторвётся — тут ей и погибель. Едва удержалась.
Ветер утих.
Опять мошка на вершине стебля сидит, смеётся и хвастает:
— Эх, трава, стыдно мне за тебя! Ты дрожала от страха, чуть не оторвалась от земли, чуть не улетела к Великому океану. Скажи мне спасибо: я держала тебя лапками, спасла от смерти!
Трава рассмеялась, спросила:
— Скажи, мошка, ты, когда врёшь, на солнце смотришь?
Мошка от стыда забилась в тёмную щель и летать стала только утром да вечером, когда солнца нет.

Другие сказки

Бурятские народные сказки на букву Х

Хозяин Ольхона

Другие сказки

Хозяин Ольхона

Хозяин Ольхона

Хозяин Ольхона

Бурятская народная сказка

Есть на острове Ольхоне страшная пещера. Называется она Шаманской. А страшна она тем, что жил там когда-то повелитель монголов — Гэ-ген-бурхан, брат Эрлен-хана, правителя подземного царства. Оба брата наводили ужас на жителей острова своей жестокостью. Даже шаманы боялись их, особенно самого Гэген-бурхана. Много невинных людей пострадало от него.
И жил в это же время и на этом же острове, на горе Ижимей, мудрый отшельник — Хан-гута-бабай. Власти Гэген-бурхана он не признавал, да и самого его знать не хотел, во владения его никогда не спускался. Многим доводилось видеть, как он ночами разжигал на вершине горы костёр и жарил себе на ужин барана, а пути туда не было — гора считалась неприступной. Пытался грозный хозяин Ольхона подчинить себе мудреца-отшельника, да отступился: сколько ни посылал туда он воинов, гора никого не пускала. Всякий, кто отважился подниматься на гору, сваливался мёртвым, потому что на головы непрошеных гостей с грохотом обрушивались огромные камни. Так все и оставили в покое Хан-гута-бабая.
Случилось так, что у одной островитянки Гэ-ген-бурхан казнил мужа, молодого табунщика, за то, что тот непочтительно взглянул на него.
Ударилась с горя молодая женщина оземь, залилась горючими слезами, а потом, воспылав лютой ненавистью к Гэген-бурхану, стала думать о том, как избавить своё родное племя от жестокого повелителя. И надумала она пойти в горы и рассказать Хан-гута-бабаю о тяжёлых страданиях жителей острова. Пусть он заступится за них и накажет Гэген-бурхана.
Молодая вдова отправилась в путь. И удивительно, там, где срывались самые ловкие воины, она поднималась легко и свободно. Так она благополучно достигла вершины горы Ижимей, и ни один камень не свалился на её голову. Выслушав смелую, свободолюбивую островитянку, Хан-гута-бабай сказал ей:
— Хорошо, я помогу тебе и твоему племени. А ты возвращайся назад и предупреди об этом всех островитян.
Обрадованная женщина спустилась с горы Ижимей и исполнила то, что наказал ей сделать мудрый отшельник.
А сам Хан-гута-бабай в одну из лунных ночей опустился на землю Ольхона на легком белопенном облаке. Припал он к земле ухом и услышал стоны загубленных Гэген-бурханом невинных жертв.
— Верно, что земля Ольхона вся пропитана кровью несчастных! — возмутился Хан-гута-бабай. — Гэген-бурхана не будет на острове. Но вы должны помочь мне в этом. Пусть горсть земли Ольхона окрасится в красный цвет тогда, когда мне это будет нужно!
И наутро отправился к Шаманской пещере. Разгневанный повелитель вышел к мудрецу-отшельнику и враждебно спросил его:
— Зачем пожаловал ко мне?
Хан-гута-бабай спокойненько ответил:
— Хочу, чтобы ты оставил остров.
Гэген-бурхан ещё больше вскипел:
— Не бывать этому! Я здесь хозяин! И я расправлюсь с тобой!
— Я тебя не боюсь, — сказал Хан-гута-бабай. Огляделся и добавил: — Есть и на тебя сила!
Поглядел по сторонам и Гэген-бурхан и ахнул: невдалеке стояли плотной стеной нахмуренные островитяне.
— Так ты хочешь решить дело битвой! — вскричал Гэген-бурхан.
— Я этого не говорил, — опять же спокойно сказал Хан-гута-бабай. — Зачем проливать кровь? Давай-ка лучше поборемся, так по-мирному будет!
— Давай!
Долго боролись Гэген-бурхан с Хан-гута-бабаем, однако никто не мог добиться перевеса — оба оказались настоящими богатырями, равными по силе. С тем и разошлись. Договорились решить дело на следующий день жребием. Условились, что каждый возьмёт по чашке, наполнит её землей, перед отходом ко сну каждый поставит свою чашку у ног. И у кого за ночь земля сделается красной, тому покидать остров и кочевать на другое место, а у кого земля не изменит цвета, тому и оставаться владеть островом.
На следующий вечер согласно уговору они сели рядышком на войлок, постланный в Шаманской пещере, поставили у ног своих по деревянной чашке, наполненной землёй, и легли спать.
Наступила ночь, а с ней наступили и коварные подземные тени Эрлен-хана, на помощь которого крепко надеялся его жестокий брат. Тени заметили, что земля окрасилась в чашке у Гэген-бурхана. Немедленно перенесли они эту чашку к ногам Хан-гута-бабая, а его чашку — к ногам Гэген-бурхана. Но кровь загубленных оказалсь сильнее теней Эрлен-хана, и когда яркий луч утреннего солнца ворвался в пещеру, земля в чашке Хан-гута-бабая потухла, а земля в чашке Гэген-бурхана заалела. И в этот миг оба они проснулись.
Глянул на свою чашку Гэген-бурхан и тяжело вздохнул:
— Ну что же, тебе владеть островом, — сказал он Хан-гута-бабаю, — а мне придется кочевать на другое место.
И тут же подал распоряжение своим монголам навьючивать на верблюдов имущество и разбирать юрты. Вечером Гэген-бурхан приказал всем лечь спать. А ночью подхваченные мощными тенями Эрлен-хана монголы с верблюдами и всем имуществом были быстро перенесены за Байкал. Наутро они проснулись уже на том берегу.
Но многие бедные монголы остались жить на острове. От них-то и произошли ольхонские буряты, населяющие этот остров ныне.

Другие сказки